Я фонарь отдаю изнемогшему брату...

Русский человек на рандеву: Елена Фролова в Париже

DCP_0626

Патрисия (переводчик), Елена Фролова и Светлана Алексиевич

У Татьяны Толстой есть забавный рассказ «Река Оккервиль», в котором молодой человек, влюбленный в голос певицы давно ушедших дней, покупает старые пластинки и слушает их на своем антикварном патефоне, представляя себе, как божественный голос дивы взлетает ввысь и постепенно, как наводнение, заполняет собой весь Петербург. Однако, в реальной жизни Вера Васильевна, древняя старуха, с которой Симеонову довелось познакомиться, совершенно не соответствовала тому магическому образу, в который был влюблен герой рассказа Толстой.

Мне, как и герою рассказа Толстой, посчастливилось сопоставить свое представление о голосе Елены Фроловой с реальным человеком, которому он принадлежит. Но в отличие от предположения Толстой о том, что красота, рожденная творчеством, не сравнима с реальной красотой, мои впечатления от личного общения с Еленой Фроловой превзошли все ожидания и опровергли тезис Толстой.

Мне удалось попасть в Париж именно тогда, когда у Елены Фроловой был концерт под Парижем 6 октября 2004 года. До концерта мне захотелось встретиться с Еленой Фроловой и взять у нее интервью для будущей книги о ее исполнении песен на стихи Марины Цветаевой. Так как концерт был в Париже, мне показалось уместным пригласить на него самого известного биографа и переводчика Цветаевой — Веронику Лосскую, профессора университета Сорбонны, с которой я дружу уже четырнадцать лет. Вероника Константиновна занимается Цветаевой не много, не мало, как 50 лет. Елена Фролова тоже серьезно увлечена Цветаевой почти двадцать лет. Ее исполнение таких цветаевских текстов как «Бузина», «Благовещенье», «Между воскресеньем и субботой» и «Скифские» являются яркими и своеобразными интерпретациями цветаевской стихии слова и музыки. Не удивительно, что в программу концерта, рассчитанную на французскую публику, были включены цветаевские тексты, наряду с произведениями Набокова, Парнок и Бродского и с духовной вокальной музыкой, которая Фролова исполняла под гусли.

Виртуозное исполнение Фроловой песен и под аккомпанемент, и без аккомпанемента не оставило равнодушным французских слушателей, которые долго аплодировали Елене и были награждены ее исполнением песни «Дороженька». Несомненно то, что концерт был для всех особым духовным переживанием. Елена Фролова каким-то чудодейственным образом использует свой голос как своего рода музыкальный инструмент, который рождает самые причудливые звуки, навеянные темой той или иной песни. Стихотворения Бродского «Проплывают облака» и «Сонетик» были исполнены с таким мастерством, что осталось впечатление, как будто их исполнял камерный оркестр… в лице одного человека. Исполнение почти каждой песни было пронизано полифоническим звучанием. В начале песни «Проплывают облака» Елена Фролова подняла даже правую руку таким образом, как будто просила сидящих в зале прислушаться к звукам внешнего мира.
Стихотворение Анны Барковой «Русская азиатка» прозвучало так, как будто промчался по залу некий вихрь, состоящий из выкриков и самых неожиданных звуков, создавая перед глазами образ азиатки, лихо танцующей русский танец.

В то же время Елена Фролова начала и кончила свое выступление духовной вокальной музыкой, обрамляя как бы весь концерт в рамки религиозного дискурса, подчеркивая изначальную духовность творческого акта. В ее концерте чувствовались необыкновенная одухотворенность и внутренняя дисциплина. В исполнении Фроловой народная духовная песня о грешном человеке звучала как некая конфессия, этический акт, как будто она извинялась перед слушателями за то, что пела и не только духовные песни, но и песни, выражающие страсти и страдания богохульной поэтической души.

DCP_0633

Елена Фролова и Лосские

Мне удалось попасть в Париж именно тогда, когда у Елены Фроловой был концерт под Парижем 6 октября 2004 года. До концерта мне захотелось встретиться с Еленой Фроловой и взять у нее интервью для будущей книги о ее исполнении песен на стихи Марины Цветаевой. Так как концерт был в Париже, мне показалось уместным пригласить на него самого известного биографа и переводчика Цветаевой — Веронику Лосскую, профессора университета Сорбонны, с которой я дружу уже четырнадцать лет.

Вероника Константиновна занимается Цветаевой не много, не мало, как 50 лет. Елена Фролова тоже серьезно увлечена Цветаевой почти двадцать лет. Ее исполнение таких цветаевских текстов как «Бузина», «Благовещенье», «Между воскресеньем и субботой» и «Скифские» являются яркими и своеобразными интерпретациями цветаевской стихии слова и музыки. Не удивительно, что в программу концерта, рассчитанную на французскую публику, были включены цветаевские тексты, наряду с произведениями Набокова, Парнок и Бродского и с духовной вокальной музыкой, которая Фролова исполняла под гусли.

Виртуозное исполнение Фроловой песен и под аккомпанемент, и без аккомпанемента не оставило равнодушным французских слушателей, которые долго аплодировали Елене и были награждены ее исполнением песни «Дороженька». Несомненно то, что концерт был для всех особым духовным переживанием. Елена Фролова каким-то чудодейственным образом использует свой голос как своего рода музыкальный инструмент, который рождает самые причудливые звуки, навеянные темой той или иной песни. Стихотворения Бродского «Проплывают облака» и «Сонетик» были исполнены с таким мастерством, что осталось впечатление, как будто их исполнял камерный оркестр… в лице одного человека. Исполнение почти каждой песни было пронизано полифоническим звучанием. В начале песни «Проплывают облака» Елена Фролова подняла даже правую руку таким образом, как будто просила сидящих в зале прислушаться к звукам внешнего мира.
Стихотворение Анны Барковой «Русская азиатка» прозвучало так, как будто промчался по залу некий вихрь, состоящий из выкриков и самых неожиданных звуков, создавая перед глазами образ азиатки, лихо танцующей русский танец.

В то же время Елена Фролова начала и кончила свое выступление духовной вокальной музыкой, обрамляя как бы весь концерт в рамки религиозного дискурса, подчеркивая изначальную духовность творческого акта. В ее концерте чувствовались необыкновенная одухотворенность и внутренняя дисциплина. В исполнении Фроловой народная духовная песня о грешном человеке звучала как некая конфессия, этический акт, как будто она извинялась перед слушателями за то, что пела и не только духовные песни, но и песни, выражающие страсти и страдания богохульной поэтической души.

DCP_0620

Вероника Лосская и Елена Фролова

В личном общении Елена Фролова производит впечатление очень вдумчивого, внимательного, крайне ранимого человека, чутко воспринимающего боль окружающего мира. Меня поразило и то, что перед концертом в личной беседе Елена призналась в том, что после недавних трагических событий в Осетии песня «Проплывают облака» наполнилась для нее и другим смыслом: она стало символическим актом, который напоминает о недавней трагедии. В контексте современной постмодернисткой культуры, исполнение Елены Фроловой стоит особняком от многих тенденций. Ее искусство как нельзя лучше воплощает идею Михаила Бахтина о творчестве как о нравственном поступке. Наверное, уместно было бы назвать жанр ее выступления словами Марины Цветаевой: «Искусство при свете совести». Елена Фролова очень требовательно относится к своему искусству, она профессиональна во всем; она владеет и голосом, и инструментом безупречно, избегая истеричность, гротеск и манерность, которые часто присущи современным исполнителям. Наверное, ее образ можно назвать аскетическим и в какой-то мере даже трагедийным и простым, как-то по-ахматовски безыскусным и сдержанным.

Мне кажется, что каждый раз она выходит на сцену, чтобы жить, гореть, умирать и снова воскресать, как Феникс. Именно благодаря ее мастерству, русская поэзия и духовная музыка доходят до сердца французского слушателя. Хочется надеяться, что новый альбом Елены Фроловой «Ученик» с песнями на стихи Цветаевой, записанный недавно во Франции, будет новым открытием и духовным переживанием для всех поклонников ее таланта. Пусть он будет еще одним незримым мостом между Парижем и Москвой, между трагическим и утопическим миром русского модернизма и современным пространством постсоветской и пост-постмодернисткой антиутопии.

Dr. Alexandra Smith
Department of Russian,
School of Modern Languages and Cultures,
University of Canterburyp

Фотографии Александры Смит