Она появилась на сцене, когда музыкально-поэтическая культура переживала не самые легкие времена. Начало 90-х – слово вроде только вырвалось на свободу, как было тут же вновь заковано в цепи. Только теперь это были не тяжелые ржавые кандалы, а изящная золотая цепочка. Слову надлежало веселить, развлекать и расслаблять утомленные народные массы. И как следствие – служить мамоне, а не Богу. Новых утех пожелал вдруг ставший чересчур просвещенным мир.

И вдруг – Голос. Мощь, сила и уникальность которого не оставляли шансов усомниться в его подлинности и способности повести за собой.

Жанровую природу песни Елены Фроловой до сих пор обозначить трудно, равно, как пока не представляется выполнимой задача внятно вписать ее творчество в современный литературно-музыкальный контекст.

В 90-х авторскую песню (из которой вышла Елена Фролова) ударило о борт времени перемен, расколов на два лагеря. Один не захотел расставаться с духом романтики походов в горы и ностальгией по «тому времени, когда…». Слушатель этой песни, по-прежнему, «едет за туманом и за запахом тайги», невзирая на  XXI век за окном, в котором туманы все чаще носят характер экологической катастрофы.

Второй же, облегченно вздохнув, расставил на книжных полках томики хорошей поэзии, ушел в камерные залы и взял курс на элитарность. Потом договорились называть это «поэтической песней». Официальной пропиской Фроловой пока остается эта самая «поэтическая песня», хотя в реальности индивидуальность давно вырвалась за ее пределы. Слишком много ипостасей оказалось у Фроловой (певица, поэт, композитор, аранжировщик), чтобы втиснуться в какую-то одну точную формулировку. Да и не сказать, что жанр каким-то особым, специальным образом содействовал становлению Фроловой, чтобы быть пожизненно к нему привязанным. Помогли скорее отдельные личности. Для Елены это Вера Евушкина и Елена Камбурова. По словам самой Фроловой, не окажись вовремя рядом Евушкиной, ее творческую и жизненную историю могло увести к совсем иным горизонтам. Это сложно представить, потому что вряд ли тот внутренний камертон, который есть у Елены Фроловой, позволил бы ей отклониться от «курса». Впрочем, судьбоносная роль встреч в нашей жизни неоспорима.

Читать дальше про Елену